Каталог воспоминаний архива «Мемориала»

Щелоков Александр Александрович (старший)

Воспоминания о пережитом. Часть II: Матреный враг. 1937–1956

Щелоков Александр Александрович (старший).Воспоминания о пережитом. Часть II: Матреный враг. 1937–1956.г. Луга.[196 л.;распечатка компьютерного набора]
Архивное хранение: Фонд: 2. Опись: 5. Дело: 165.
Дополнительная информация: Приложено: справка об освобождении А. А. Щелокова 04.04.1947 (ксерокопия); краткая автобиография А. А. Щелокова 1949 г. (ксерокопия рукописи) См. также 2-5-164 (Часть I). Ограничения на публикацию
{ } — цифры между фигурными скобками означают номер страницы в оригинале аннотируемого материала Воспоминания чудом выжившего в колымском лагере Александра Щелокова (далее А. Щ.) насыщены множеством подробностей и ярких деталей. В памяти А. Щ. отпечатались фамилии, жизненные истории, характеры даже случайно встреченных людей. Все увиденное и пережитое А. Щ. в той или иной степени включает в исторический контекст. Сын А. Щ. сопроводил воспоминания отца рядом примечаний и документов. Родился автор в 1898 году в Оренбурге. Отец служил ветеринаром казачьего кавалерийского полка. Сын учился в реальном училище, в 1920 году окончил кадетский корпус. До 1925-го служил в Красной Армии, уволившись, поступил в технический институт и окончил его. В 1929-м его призвали из запаса в связи с конфликтом на КВЖД (об этом подробный рассказ {ч. I, 17}). В 1933 году с женой и шестилетним сыном жил в Никольск-Уссурийске, занимал небольшую квартиру в доме, отобранном в 1930 году у его тестя, работал плановиком. Сосед Щелоковых, Евгений Старов в поисках хорошей жизни перешел китайскую границу, но через год также нелегально вернулся. В 1933 году его по доносу бывшей жены арестовали, обвинили в создании шпионской организации. В начале марта 1933-го по тому же делу арестовывают жену А. Щ. (через несколько дней выпускают под подписку о невыезде), а 4 апреля и его самого {ч. I, 9}. Сына в результате забирают жившие в Москве тесть с тещей. А. Щ. держат в скотских условиях, у заключенных повальный сыпной тиф. В середине июня, еще до приговора, А. Щ. с большой группой заключенных отправляют в расположенный рядом с городом Надеждинский каменноугольный рудник. В первые дни они строят вокруг барака забор, затем их отправляют в забой. Кормят прилично, работа тяжелая, но такая же, как у обычных шахтеров, изредка удается на ночь уходить домой. Охрану несут заключенные бывшие красноармейцы. В лагере много китайцев, когда кто-то из них бежит, охрана хватает на улице любого другого китайца и заменяет им сбежавшего. В сентябре жену приговаривают к высылке за пределы СССР. Местные органы, понимают, что здесь явная ошибка, но это не мешает им доставить женщину на пограничный с Манчжурией пункт {ч. I, 33}. В Харбине японцы заподозрили ее в шпионаже и месяц продержали в тюрьме. 29.09.1933 А. Щ. приговаривают к 3 годам заключения в концлагере, об этом ему не сообщают и по-прежнему держат в забое. Узнает он о приговоре, когда в декабре его переводят в отдельный лагерный пункт (ОЛП) Дальлага {ч. I, 38}. Заключенные строят склады, А. Щ. как плановика направляют в плановый отдел. Автор подробно рассказывает о лагерной жизни, относительно, по его мнению, приличной. «Пусть это делалось в целях лучшей эксплуатации рабочих, но совсем не походило на ад, который воцарился в загонах ГУЛАГа после начала "ежовщины"» {ч. I, 45}. В январе 1934 г. ОЛП закрывают, и А. Щ. с сотрудниками отдела без конвоя едет в Хабаровское управление лагеря. Там его оставляют бухгалтером – выход свободный, питание сносное, получает зарплату. Вслед за убийством Кирова режим ужесточили – отменили пропуска, окружили лагерь колючей проволокой, отменили зачеты. В конце июня 1935 г. А. Щ. освобождают, он остается на прежнем месте работы {ч. I, 56}. В августе увольняется и, заехав за остатками вещей в Никольск-Уссурийск, едет к сестре в Алма-Ату. Устраивается в аптекоуправлении, в феврале 1936-го забирает к себе мать, а в начале лета ему привозят из Москвы сына. В ответ на письмо А. Щ. генпрокуратура ответила, что высылка жены грубая ошибка, и в середине лета она вернулась к семье, устроилась преподавателем музыки в одну из школ {ч. I, 65}. В декабре приходит телеграмма из Москвы, из которой становится ясно, что тесть арестован, чуть позже забирают сестру жены А. Щ., а 02.03.1937 приходят и за женой, почти сразу ее этапируют в Москву. Через месяц, 04.04.1937 А. Щ. препровождают в транспортный отдел НКВД, а оттуда в городскую тюрьму {ч. II, 6}. За этим следует трехнедельный этап в Москву через Ташкент и Сызрань. Допрашивают А. Щ. на Лубянке, особо не мучают, считают в деле фигурой второстепенной, которую, однако, лет на десять надо «подрумянить». 01.06.1937 перевод в Бутырку, здесь допросы ведут по ночам, требуют признания в передаче японцам секретных сведений. 03.09.1937 А. Щ. переводят в Лефортово и в тот же день приговаривают к 10 годам тюремного заключения плюс 5 лет поражения в правах {ч. II, 46}. О том, что там же и в тот же день жена А. Щ. была приговорена к высшей мере, муж узнал только в 1960 году. Из Лефортова его возвращают в Бутырку, в пересыльную камеру, где сидит больше 250 человек. В начале октября этап в Тюмень, оттуда на пароходе везут в Тобольск. В камере кроме А. Щ. еще двое, отношения хорошие, читает, учит английский, но условия скотские и такое же скотское отношение тюремщиков. Осень 1938-го переводят в камеру на пятерых, сырость и темнота, как в погребе. 09.05.1939 большую часть заключенных выводят из тюрьмы, сажают на пароход и доставляют в Тюмень. Через несколько дней из пересылки гонят на станцию и везут во Владивосток. Через семь суток пароход «Джурма» доставляет з/к в Нагаево {ч. II, 86}. Колонну размещают в магаданской пересылке, оттуда большую группу на машинах трое суток везут на прииск Мальдяк. А. Щ. определяют на третью командировку и уже на следующий день в 6 утра выводят на прииск. Работа тяжелая, моют золото, однако кормят сносно. Через месяц А. Щ. и всех, у кого тюремный приговор, переводят на 4-ю командировку {ч. II, 97}. Там условия много хуже, и на работу гоняют под конвоем. В лютый мороз долбят смерзшуюся землю и быстро теряют силы. В ноябре А. Щ. освобождают от работы – у него обморожены пальцы на одной ноге. 30.12.1939 их без наркоза ампутируют {ч. II, 105}. К апрелю большая часть зеков превратилась в доходяг, и их переводят в соседний прииск «Линково». Вывозят нечистоты, потом загоняют в шахту на добычу золотоносных песков, на другие земляные работы. А. Щ теряет последние силы, знакомый врач дает ему на три дня освобождение. В мае начался промывочный сезон, рабочий день длится 13–15 часов, у ослабевших заключенных повальный понос, пеллагра. Наконец, стараниями врача Малинского, А. Щ. отправляют с группой таких же доходяг в инвалидный городок Северо-восточных лагерей, трое по дороге умирают {ч. II, 123}. Жизнь в этом городке показалась раем, А. Щ получает инвалидность 3-й категории, самой высокой. Можно не работать, но паек мизерный, поэтому лямку приходится тянуть. В начале 1941-го главный в бригаде, вывозившей из столовых помои, Котиков берет А. Щ. к себе {ч. II, 131}. Место сытное, к весне А. Щ. отъедается, излишки еды меняет на сахар, табак и пр., в лагере процветает черный рынок. С началом войны подвоз на Колыму рабочей силы с материка иссяк и стали забирать на прииски заключенных из инвалидной команды. А. Щ. переводят с инвалидности на «годен к среднему физическому труду», но на прииск не отправляют, понимая, что долго там не протянет. Ближе к осени всех обитателей инвалидного городка переводят на другую командировку. Строят для себя бараки, А. Щ. переходит на лесокомбинат лесопильщиком. Плохо одет, плохо питается, но работа осмысленная, к тому же нормировщики делают приписки, чтобы лесопильщики получали дополнительный паек. Весной 1942-го А. Щ. ставят приемщиком леса, работа муторная, но зато почти избавлен от физического труда {ч. II, 145}. Летом с Колымы вывезли инвалидов, но А. Щ. это не коснулось. Зимой начался настоящий голод, хлеба давали 400 г в день, заключенные поели всех собак, уголовники нападали на транспорты, доставлявшие продукты. В 1943 году завозят американские продукты, и голод отступает, новый начальник лагеря Живов наводит некоторый порядок на комбинате, улучшает условия труда, быт рабочих, ставит на руководящие посты сидящих в лагере высоких профессионалов, этапом отправляет на прииски уголовников, пытающихся навести свой порядок. В июле А. Щ. назначают старшим мастером лесозавода, в этой должности он оставался три года вплоть до освобождения {ч. II, 163}. Получил свободное хождение, зарплату, каморку при заводе, забыл про голод. В день Победы в лагере устраивают праздник, летом А. Щ. делает очередную попытку узнать про семью, пишет в Оренбург сестре и неожиданно получает от нее сообщение, что мать жива, сын работает в Фергане. 05.04.1947 А. Щ. является в УРЧ Магадана за справкой об освобождении. Чиновник объявляет, что направляет его на промкомбинат, расчет простой – з/к ждет не дождется своего освобождения и готов согласится на любые условия. Но А. Щ. был уже предупрежден и чиновник, нарвавшись на отказ, справку выдает {ч. II, 181}. На материке А. Щ., ничего хорошего не ждало, и он с помощью друзей пытается устроиться бухгалтером в одно из отделений «Дальстроя». Однако недавних заключенных с таким контрреволюционным прошлым предписано брать только рабочими. Поставили десятником на дальнем участке леспромхоза руководить бригадой заключенных. К счастью в июле пришло из главка разрешение взять А. Щ. бухгалтером. В конторе леспромхоза (поселок Сплавной) он проработал восемь лет, еще два года трудился в Магадане и, выйдя в 1956-м на пенсию, выехал на материк. В 1958 году А. Щ. был реабилитирован, через два года посмертно была реабилитирована жена. А. Щербаков УПОМЯНУТЫЕ ИМЕНА Агаджанова – сидела с женой А. Щ. в Бутырке {ч. II, 155} Аксенов – сокамерник А. Щ. {ч. II, 31} Артеменко комдив, сокамерник А. Щ. {ч. II, 32} Бурас Семен Ефимович – сокамерник А. Щ. {ч. II, 56} Вакорин – з/к, солагерник А. Щ. {ч. I, 39} Винярский – з/к, начальник цеха, где трудился А. Щ. {ч. II, 150} Вишневецкий – начальник УСВИТЛа {ч. II, 87} Войдаков Алексей Андреевич – з/к, солагерник А. Щ., бывший подполковник Генштаба царской армии {ч. II, 170} Глушков – з/к, солагерник А. Щ., сидел за «террористические настроения по подозрению» {ч. II, 169} Голикова (Щелокова) Екатерина Александровна – сестра А. Щ.{ч. I, 59} Головин Федор Александрович – сокамерник А. Щ. {ч. II, 52} Голубев Глеб Иванович – з/к, солагерник А. Щ. {ч. II, 173} Губарьков – бежал в Манчжурию, по его делу был привлечен А. Щ. и его жена {ч. II, 21} Дубина – уполномоченный ОО ОГПУ Приморской группы войск ОКДВА {ч. I, 13} Жиров – начальник лагеря, в которо досиживал срок А. Щ. {ч. II, 160} Заботкин Степан Иваанович – з/к, солагерник А. Щ. {ч. II, 132} Зенков – з/к, солагерник А. Щ. {ч. II, 132} Климентьев – следователь, вел дело А. Щ. {ч. II, 28} Колковский – з/к, солагерник А. Щ. Колосов Алексей Михайлович – сокамерник А. Щ. {ч. II, 31} Коновалов – з/к {ч. II, 102} Копылов Василий Александрович– з/к, солагерник А. Щ. {ч. II, 139, 162} Котиков Василий Иванович – з/к, солагерник, взявший А. Щ. в свою «сытную» бригаду {ч. II, 130} Кривошеин Иван Алексеевич– з/к, солагерник А. Щ. {ч. II, 140, 169} Лебедев – з/к, солагерник А. Щ. {ч. II, 132} Лебедев Сергей Николаевич – муж сестры жены А. Щ., расстрелян в 1937 г. {ч. I, 52} Лебедева Зинаида Федоровна – сестра жены А. Щ. {ч. I, 52} Левтонов Петр Николаевич – сокамерник А. Щ. {ч. II, 23} Линде – сокамерник А. Щ. {ч. II, 32} Логунов Иван Иванович – з/к, солагерник А. Щ. {ч. II, 132} Малинский – з/к, врач {ч. II, 104} Майоров Василий Васильевич – з/к, бригадир, под его началом работал А. Щ. {ч. II, 92} Матусевич – сокамерник и солагерник А. Щ. {ч. II, 72, 100} Машков – оперуполномоченный НКВД {ч. I, 47} Милушин – бывший з/к, нач. леспромхоза, в котором работал А. Щ. {ч. II, 187} Миндлин – главный бухгалтер магаданского горотдела, помог А. Щ. найти после освобождения работу {ч. II, 184} Мушперт – сокамерник А. Щ. {ч. II, 23} Нейнблат – сокамерник А. Щ. {ч. II, 33} Никитин – сокамерник А. Щ., «наседка» {ч. II, 39} Никонов – зав. лесопилки, под его началом работал А. Щ. {ч. II, 144} Новокшенов Иван Михайлович – з/к, писатель, товарищ А. Щ. {ч. II, 114} Образцов Сергей – солагерник А. Щ. {ч. II, 132} Петров – нач. 3 отд. ОО ОГПУ Приморской группы войск ОКДВА {ч. I, 8} Петров – з/к, солагерник А. Щ, командовал ассенизационной бригадой {ч. II, 132} Петровский-Либиц – сокамерник А. Щ. {ч. II, 23} Подледнов Петр – з/к, солагерник А. Щ. {ч. II, 129} Рихтер – з/к, солагерник А. Щ. Рогалев – з/к, солагерник А. Щ. {ч. II, 132} Рожанский – з/к, уголовник, врач {ч. II, 93} Русаков – з/к, солагерник А. Щ. {ч. II, 169} Рыслев Аристарх Иванович – бывший солагерник А. Щ. и хороший его знакомый {ч. I, 60}; расстрелян в 1937 г. Сабуцкий Иван Демьянович – з/к, мастер на пилораме {ч. II, 166} Селезнев – уполномоченный ОО ОГПУ Приморской группы войск ОКДВА {ч. I, 8} Смирнов – сокамерник А. Щ. {ч. II, 72} Смоленцев – з/к {ч. II, 92} Собченко Федор Иванович – тесть А. Щ. {ч. I, 5}; расстрелян в 1937 г. {ч. I, 19} Станкеев Леонид Михайлович – сокамерник А. Щ. {ч. II, 56} Старов Евгений – переходил границу с Китаем, А. Щ. вместе с женой были привлечен по его делу и получили срок {ч. I, 5} Стефановская – лагерный врач, дала и через полгода сняла инвалидность с А. Щ. Стрелков Николай Иванович – з/к, солагерник А. Щ. {ч. II, 132} Тартаковский – з/к, врач {ч. II, 104} Цесарский – начальник ОЛП {ч. I, 40} Чинчев – з/к, солагерник А. Щ. {ч. II, 42} Шубладзе Борис Константинович – з/к, врач {ч. II, 102} Шуфман – з/к, солагерник А. Щ. {ч. I, 40} Щелоков Александр Александрович – сын А. Щ. {ч. I, 2} Щелоков Александр Николаевич – отец А. Щ. {ч. I, 17} Щелокова (Собченко) Ольга Федоровна – жена А. Щ. {ч. I, 2} Щелокова (Доможирова) Татьяна Николаевна – мать А. Щ. {ч. I, 63} Штерн – сокамерник А. Щ. {ч. II, 26} Эйлер – сокамерник А. Щ. {ч. II, 50}

Международное общество «Мемориал» © Свободное копирование

4 октября 2016 года Минюст РФ внес Международный Мемориал в реестр «некоммерческих организаций, выполняющих функцию иностранного агента».